Вокально-Инструментальная Эра (1960-1988)
www.via-era.narod.ru

Георгий Симонян

Тогда были определенные правила игры.

(июль 2013)

1."Товарищ".

1

Олег Иванов.

-Вы родились в Барнауле?

Да, но с двух до шести лет я жил у бабушки с дедушкой в Норильске. Поэтому часто ошибочно пишут в моих биографиях, что родился в Норильске.

-Родители имели отношение к музыке?

Родители не имели никакого отношения к музыке. Мама прошла путь от простой швеи до руководителя швейного объединения индпошива. У папы было много профессий. Он был учителем труда и физкультуры, работал фотографом, играл в самодеятельном театре. А вот бабушка по материнской линии очень хорошо пела.
Спустя годы, после окончания консерватории, я приехал в Барнаул. У меня тогда были написаны несколько песен на стихи русского поэта Алексея Кольцова. Я их показал бабушке. Всё понравилось, но одну песню бабушка отметила и сказала, что ее можно сделать по-другому. И тут же она положила эти стихи на другую мелодию, удивительную по своей красоте. А еще бабушка мне рассказывала, что я с пеленок прислушивался к различным звукам, и особенно к музыкальным. Бабушка все время мне пела и меня это очень привлекало. Потом мы стали петь вместе.
Из близких родственников еще пел мой родной дядя Евгений Иванов. Он пел басовые партии в Новосибирском оперном театре, пел в различных хорах.

-Вы учились в музыкальной школе?

Да, по классу фортепиано.

-Нравилось?

Совершенно не нравилось. Меня больше привлекала эстрадная музыка. Я покупал пластинки, подбирал музыку. Покупал нотные сборники эстрадных песен, играл их. Любил джаз, а Эллу Фитцджеральд считал богиней.
Еще я очень любил читать. В первом классе к Новому Году я уже прочитал первую свою серьезную книгу «Робинзон Крузо». К тому времени многие одноклассники еще толком читать не умели. А к концу школы я прочитал не один грузовик литературы (смеется).
Еще любил играть в футбол, в настольный теннис.
В школе, в пионерских лагерях я постоянно участвовал в каких-то представлениях. Играл, пел. С пятого класса я учился в школе №27. Наш директор много времени уделяла музыкальному образованию учащихся. Я был солистом хора, а наш хор участвовал во всяких городских конкурсах. У нас в школе даже поставили два акта оперы «Евгений Онегин». Настоящую, костюмированную оперу.
Более того, директор освобождала меня от дней труда, чтобы я больше занимался музыкой. А еще в последних классах я подрабатывал аккомпаниатором в той же музыкальной школе, которую закончил.

-Олег, а чем Вам запомнился Барнаул Вашего детства и юности?

Необыкновенным светом. В прямом смысле. Чистым ясным небом. Москва все-таки немного угнетает. Особенно заметно, когда здесь появляется солнце. Настроение у людей сразу меняется. Еще запомнились зимы с огромной высоты сугробами снега.

-Изменились ли пристрастия с окончанием музыкальной школы?

Меня по-прежнему больше привлекала эстрада. Симфоническая, оперная музыка притягивала гораздо меньше. Может быть за исключением известных опер – «Евгений Онегин», «Риголетто», где каждая ария это шлягер.
В последнем классе общеобразовательной школы у нас был настоящий самодеятельный оркестр. Я играл на фортепиано, были труба, контрабас, ударные и вокальная группа.

-После школы Вы поступаете в институт. Почему медицинский?

Мои родители выписывали журнал «Здоровье», который и я читал от корки до корки. В разговорах они всегда подчеркивали, что жаль не довелось выучиться на врачей. Вот я и пошел в медики. А кроме того, в Барнауле выбор ВУЗов не очень большой.

-Поступили сразу после школы?

Да. И почти сразу окунулся в бурную комсомольскую жизнь. Комсомол принимал активное участие в организации художественной самодеятельности института, КВН.
В КВН я участвовал не как артист, а как композитор и музыкант оркестра, который сопровождал выступление команды. В конце 60-х годов популярность этой игры была огромной.
На первом же курсе института я начал писать песни. Первую песню я написал когда шел домой после лекций в институте. Придя домой, подобрал мелодию на фортепиано. И когда я сочинил порядка пятидесяти мелодий, то я начал забывать первые. Тогда я стал записывать все в тетрадь. Эти тетради у меня сохранились до сих пор. Поначалу я изобрел собственную систему записи мелодий, в музыкальной школе нас не обучали записывать сочиненную музыку. К окончанию института я полностью освоил общепринятую систему и научился писать клавиры.

-Вы писали музыку на стихи?

Нет, сначала я писал без слов, просто музыку. А потом стал писать песни на стихи Наума Вольпе. Он жил в соседнем доме и был моим самым близким другом.
Надо сказать, что очень серьезную роль в судьбе моих песен сыграл ансамбль Битлз.
Понимаете, невозможно сразу, с первой песни, стать хорошим композитором. Может у кого-то так получалось, что первая же песня стала мировым хитом, но у меня нет. До этого я занимался только подражательством. Мне нравился Микаэл Таривердиев и я написал несколько мелодий в его стиле. Баллады и многое другое. Или Исаак Дунаевский, Хренников, Богословский. Тоже самое - всем подражал.

Олег Иванов.

-Первой Вашей известной песней стала песня «Товарищ». Расскажите ее историю?

В самом начале учебы на пятом курсе института мой приятель, очень хороший поэт Анатолий Бендерук, в перерыве между лекциями показал мне сборник стихов советского поэта Александра Прокофьева Я о нем ничего тогда не знал. Взял сборник домой. Почитал. И останови свое внимание на стихотворении «Товарищ». Отбросил две последние строчки, нашел ритм, мотив. И всё получилось. Это стихотворение было написано в 20-годы и навеяно романтикой того времени, вечной темой дружбы и товарищества:

Луна словно репа, а звезды – фасоль,
Спасибо, мамаша, за хлеб и за соль.
Еще тебе, мамка, скажу я верней
Хорошее дело - растить сыновей,
Которые тучей сидят за столом,
Которые могут идти напролом.
И вот скоро сокол твой будет вдали,
Ты круче горбушку ему посоли.
Чтоб дружбу товарищ пронес по волнам,
Мы хлеба горбушку - и ту пополам!
Коль ветер - лавиной, и песня - лавиной,
Тебе - половина, и мне - половина!

По-моему, гениальные строчки. Емкие, энергетически мощные. А какие замечательные образы!
Мы стали исполнять ее нашим ансамблем медицинского института. И песня очень быстро стала популярной в городе. Наш институтский ансамбль после этого стал называться «Товарищ».

-Вы успели познакомиться с поэтом Прокофьевым? Насколько я знаю, он умер в сентябре 1971 года…

Нет, не успел. Но мой будущий соавтор Анатолий Поперечный рассказывал такую историю. Поперечный приехал в Дом творчества литераторов под Ленинградом, где в то время находился совершенно больной, почти не ходячий, Александр Прокофьев. Для Поперечного он был тогда просто небожителем. И вот они разговаривают в номере и вдруг по радио начинает звучать песня «Товарищ». И у Прокофьева из глаз слезы.

-Как песня «Товарищ» попала в репертуар Аиды Ведищевой?

Я тогда посещал все концерты приезжавших к нам в Барнаул артистов. Известные, неизвестные – не важно. Приходил за кулисы, знакомился с музыкантами, что-то им показывал. Первыми мои песни взяли в свой репертуар Вадим Мулерман и Вероника Круглова. И Дмитрий Ромашов – солист оркестра Олега Лундстрема. Это была песня «Синие глаза» на стихи Наума Вольпе.
Однажды к нам приехал Московский Мюзик-холл, в котором работал ансамбль «Тон». А в этом коллективе работали молодые музыканты и композиторы Сергей Дьячков и Теодор Ефимов. Я также пришел за кулисы, познакомился и показал несколько песен. И так мы сдружились, что даже стали переписываться с Сережей Дьячковым. Причем, в письмах писали друг другу даже ноты новых своих песен. Это очень взаимно обогащало.
Я часто приезжал в Москву, иногда останавливался у Сергея. Он жил тогда в районе Фили. Приезжая, я ходил по различным радиостанциям, редакциям, знакомился, показывал свои песни. Представляете, на каждой радиостанции был свой худсовет.
К тому времени Теодор Ефимов ушел из «Тона» и стал музыкальным руководителем коллектива Аиды Ведищевой. Так вот, во время одного из приездов мы с Сергеем приехали домой к Теодору Ефимову. Я показал несколько песен для вокально-инструментального жанра, а Сергей меня попросил сыграть песню «Товарищ».

-Вроде немного не тот жанр?

На самом деле тот. Если не знать, что это поет Ведищева, то можно подумать, что это исполняет какой-то ВИА с ведущей солисткой.

Тогда Теодор и предложил показать эту песню Аиде. Мы с Сергеем были в шоке от такого предложения. Никак я не мог представить, что эту песню может петь женщина. Да еще с таким уже устойчивом имиджем. Но я оставил ноты и поехал в Барнаул.
А некоторое время спустя в мае 1970 года, в два час ночи мне звонит наш бас-гитарист и говорит, чтоб я включал радиостанцию «Юность». Там сообщают о том, что песня «Товарищ» победила на Всесоюзном конкурсе. Я начал крутить ручку своего приемника «Днiпро» и спустя час или два поймал. Из-за разницы во времени можно было поймать выпуски передачи на других частотах. И всё услышал своими ушами. Что первое место не присуждалось, а второе заняли песня «Товарищ» и «Гитара и труба» Яна Френкеля. И в течение недели песню завоевала всесоюзную популярность.

-Вы тогда просто отдавали ноты исполнителям?

Конечно.

-Они могли петь эти песни только в концертах?

Вы имеете в виду соотношение исполняемых песен членов Союза Композиторов и не членов Союза? Я не знаю точного соотношения требований, но точно могу сказать, что никогда не было такого, что исполнять 100 процентов членов Союза. Тем более, тогда в начале 70-х не входили в союз Композиторов такие люди как Давид Тухманов, Юрий Антонов, Вячеслав Добрынин (он, кажется, до сих пор не является членом Союза), Анатолий Днепров, Сергей Дьячков, Владимир Мигуля, Георгий Мовсесян, Владимир Ивасюк….
Тогда были определенные правила игры. И если появлялась талантливая песня, то она обязательно звучала со сцены. И был шанс стать популярной. В отличии от сегодняшней ситуации.
Тогда достаточно было однажды прозвучать песне, например, по радио в передаче «С добрым утром» и песня становилась моментально популярной. Не по ТВ, а по радио.
А сейчас масса радиостанций и идет рассеивание популярности. Очень редко песня может стать сразу популярной. Скорее, вопреки.

-Позже Вы стали получать деньги?

Да. Песня «Товарищ» была зарегистрирована в ВААПе в мае 70-го, а в самом конце этого же года я получил первый перевод – 900 рублей. Безумные деньги по тем временам, а для студента тем более.

-Какие были ощущения, когда Ваша песня получила всесоюзную известность?

Радость, ликование, ощущение счастья.

Олег Иванов и Александра Пахмутова.

-Вы как автор песни - лауреата получили какой-то диплом или грамоту?

Спустя годы мне вручили диплом в ЦК ВЛКСМ. Вручал сам первый секретарь Тяжельников. За победу в конкурсе радиостанции «Юность», посвященному 25-ой годовщине победы в Великой Отечественной войне. Кстати, в конкурсе участвовали как маститые композиторы, так и непрофессионалы. Жюри возглавляла Александра Николаевна Пахмутова. Конкурс был закрытым, то есть жюри не знало авторов той или иной песни. Это был честный конкурс.


Продолжение