 |
ИХ НАЗВАЛИ ЛУЧШИМИ/
(газета "Советская культура" 25.10. 1977)
Десять дней в столичном Театре эстрады шло состязание на лучшее исполнение советской песни -заключительный тур Всесоюзного конкурса солистов-певцов, вокально-инструментальных и вокальных ансамблей.
В многотрудном искусстве прочтения известных и совсем новых произведений (условия конкурса обязывали каждого участника включить в репертуар одну песню, ранее не звучавшую и не изданную) соревновались 49 солистов, 14 вокально-инструментальных ансамблей и 6 вокальных. Таким образом, на суд жюри и слушателей, ежевечерне заполнивших зал, было представлено около 300 песен, из них 69 новых (авторы их тоже являлись участниками конкурса).
Представительное жюри, в которое входили известные деятели советской музыки- композиторы, поэты, певцы, дирижеры на разных республик страны -подведя итоги соревнования, назвало лучших. Среди женщии первую премию поделили Е. Каменская (Ленинград) и Н. Мельнова (Караганда); вторую Л. Артеменко (Днепропетровск) М. Кахиани (Тбилиси): третью С. Кульпа (Минск) и Л. Шутова (Ленинград).
Среди мужчин призовые места поделились следующим образом: первая премия между Н. Богдановым (Минск) и В. Окунем (Рига); обладателями второй стали Г. Суханов (Москва), В. Ермаков (Горький), В. Титкии (Киев); В. Оруметс (Таллин), москвич Е. Поликании, ленииградец В. Аникейчик, Г. Мянасян (Ереван) разделили третью премию.
В конкурсе ансамблей все призовые места заняли вокально- инструментальные коллективы: победителем стал ансамбль из Грузин «Иверия». На второе место вышли «Наво» (Ташкент) и «Гунет» (Ашхабад); на третье «Модо» (Рига), «Синяя птица» (Куйбышев). «Сябры» (Гомель), «Ровесники» (Москва), «Пламя» (Москва). Кроме того, ряд солистов и ансамблей удостоен дипломов.
Жюри определило и победителей конкурса новых песен, прозвучавших в дни состязания: первую премию завоевало произведение «Два брата» ленинградского композитора В. Гаврилина на стихи В. Максимова; вторую присудили песне «1917 год» Л. Новикова и П. Градова, третьей отмечены песни А. Пахмутовой и Н. Добронравова «Гимн земле» и А. Фаярковского и Л. Векшина «Два письма».
Наш корреспондент М. Игнатьева попросила поделиться своими впечатлениями о прошедшем песенном турнире продседателя жюри, народного артиста СССР, Героя Социалистического труда, композитора А.Новикова:
-Вряд ли нужно объяснять, сколь велико значение этого состязания: сам фант, что он проводился в дни всенародного рапорта советских людей к великой исторической дате 60-летию Октябрьской социалистической революции, что конкурс был посвящен такому событию, -все это говорит само за себя.
Достижения советской песни мы увидели масштабно и разносторонне. В состязании участвовали профессиональные певцы и профессиональные ансамбли, и больше всего меня лично порадовало, что на нынешнем этапе среди исполнителей-певцов большей частью обладатели хороших голосов, нередко солисты оперных театров и филармоний (так, среди мужчин оба призера. В. Окунь и H. Богданов- прекрасные вокалисты).
Одна из серьезных проблем в исполнении советских песен внешняя форма подачи произведения. На этом конкурсе она была представлена очень разнообразно: были песни а сарреllа, были дуэты, квартеты, песни в сопровождении большого оркестра или ансамбля. Мы услышали песенный репертуар в обработках, аранжировках ансамблей. Сегодня такие коллективы пользуются очень большой популярностью у молодежи, и, конечно, это одна из действенных форм пропаганды советского песенного жанра. Часто эти обработки раскрывают песни многогранно, помогают наиболее полному восприятию их слушателями. Подчас же в некоторых ансамблях за обработками теряются природа и стиль песни.
Это одна из проблем, требующих серьезного обсуждения и разработки. Советская песня- особый жанр и особый стиль, и к ней надо подходить очень осторожно. Я думаю, что в этом смысле лауреат первой премии ансамбль «Иверия» отвечает всем требованиям жанра.
Мы находимся в стадии становления театрализации песни. Здесь тоже накоплен опыт, но опыт малый и несовершенный, и требуется вмешательство профессионалов, чтобы преподнести песню в ее натуральном, первозданном виде. Данная проблема особенно важна, так как на профессиональные коллективы равняется самодеятельность.
Но если говорить целом, я уверси, что нынешний конкуре принесет очень богатые плоды. Ведь мы услышали много произведений о пapтии, о Родине, о героических подвигах, песен разных -гражданственных, лирических. И этот репертуар должен войти в концертные программы исполнителей, обогатить нашу песенную сокровищницу.
А. Новиков
РАЗГОВОР О ПЕСНЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ...
(журнал "Советская музыка" №3 1978)Наше время называют песенным. Оно и вправду так. Велика в народе любовь к этому жанру. И вполне закономерно, что в год юбилея нашей страны среди других музыкальных событий состоялся Всесоюзный конкурс на лучшее исполнение советской песни.
В заключительном туре приняли участие 14 вокально-инструментальных ансамблей, 6 вокальных коллективов, 49 солистов-певцов из разных городов и республик страны. Выступления конкурсантов оценивало жюри, в состав которого вошли многие известные композиторы, исполнители поэты, под председательством народного артиста СССР, Героя Социалистического Труда А. Новикова автора данной статьи.
Напомним, что первые премии у женщин получили Н. Мельнова (Караганда) и Е. Каменская (Ленинград), у мужчин Н. Богданов (Минск) и В. Окунь (Рига). Обладателями вторых премий стали у женщин -Л. Артеменко (Днепропетровск) и М. Кахиани (Тбилиси); у мужчин В. Ермаков (Горький), Г. Суханов (Москва) и В. Титкин (Киев), третьих у женщин Л. Шутова (Ленинград) и С. Кульпа (Минск); у мужчин В. Аникейчик (Ленинград). Г. Минасян (Ереван), Е. Поликанин (Москва) и В. Оруметс (Таллин).
У ансамблей первая премия присуждена «Иверии» (Тбилиси). Вторую премию поделили «Наво» (Ташкент) и «Гунеш» (Ашхабад), третью «Модо» (Рига), «Сябры» (Гомель), «Синяя птица» (Куйбышев), «Ровесники» и «Пламя» (оба из Москвы).
Песнями-лауреатами стали «Два брата» В. Гаврилина В. Максимова (первая премия), «1917 год» А. Новикова П. Градова (вторая премия), «Гими земле» А. Пахмутовой Н. Добронравова и «Два письмая А. Флярковского-Л. Векшиной (третья премия). Выступления певцов сопровождал Ленинградский концертный оркестр под управлением А. Бадхена. Ред.
Проведение песенных конкурсов стало у нас уже традицией. Традиция эта, на мой взгляд, добрая, нужная. Она мобилизует и певцов, и композиторов: перспектива померяться с кем-то силами, желание одержать победу несомненно заставляют соревноваться особенно серьезно и упорно, что должно положительно сказаться и на дальнейшей творческой судьбе каждого участника, даже если он не вышел в лауреаты.
Одновременно решается еще одна важная проблема - проблема контактов исполнителей и авторов песен. Процесс подготовки к конкурсу, где участвуют и те и другие, невольно сближает их творчески. Певцу обязательно нужна новая песня (таковы условия всесоюзного соревнования), да еще такая, которая как можно полнее и ярче раскрыла бы его возможности. И тут самый верный путь -прямой контакт с композитором. Он же, будучи в свою очередь заинтересованным в том, чтобы его новинка прозвучала наилучшим образом, ищет исполнителя, чья индивидуальность соответствовала бы его замыслу, а порой просто пишет в расчете на определенную индивидуальность. Словом, подготовка к конкурсу создает почву для совместной работы автора с певцом, прививая вкус к подобной работе. А это, повторяю, очень важно, поскольку таких контактов в повседневной жизни нам явно не хватает, а они, по моему твердому убеждению, должны стать нормой.
Всесоюзный конкурс позволяет значительно расширить географию наших представлений о состоянии песенного жанра и в творческом и в исполнительском планах. И это тоже важно. Не секрет, что певцу с так называемой периферии далеко не просто получить право на выступление в Москве, а песни многих республиканских авторов, прямо скажем, не часто звучат на столичной эстраде, в многочисленных радио и телепередачах. Для участия в заключительном туре Всесоюзного конкурса в Москву приехали молодые люди со всех концов страны представители не только республиканских столиц, но и городов поменьше. Замечу, кстати, что гости, выражаясь спортивным языком, обошли хозяев, поскольку среди лауреатов первых премий москвичей не оказалось. Но, думаю, распределение мест не единственная цель конкурса. Хоро-шо, что певцы из разных городов обрели возможность, как говорится, себя показать и людей посмотреть (вернее, послушать), обменяться опытом, репертуаром. Ну а мы, члены жюри, и вся остальная музыкальная общественность, заинтересованная в судьбе песенного жанра, познакомились с новыми певцами, пришедшими в этот жанр, и заодно составили себе достаточное представление о его успехах и пробелах.
Кто же сегодня пропагандирует советскую песню? Среди участников конкурса были посланцы концертных объединений, филармоний, радио и телевидения и даже оперных театров. Так, победителями у мужчин стали солисты Рижской оперы Владимир Окунь и Белорусской филармонии Николай Богданов. Главные достоинства обоих -сильные голоса приятного тембра, профессиональная вокальная культура. Можно только радоваться тому, что наши оперные и филармонические певцы не чураются песенного репертуара, продолжая тем самым традицию, начатую у нас в стране еще со времен Неждановой.
 |
 |
Сочное контральто с красивыми низами у лауреата первой премии Надежды Мельновой из Караганды. Отличными певческими данными порадовали не только лауреаты. Вспоминается, например, яркое, сильное меццо рижанки М. Калныня или красивый, гибкий баритон алмаатинца М. Мусабаева, удостоенного диплома.
Вообще, конкурс показал, что засилие безголосых певцов-дилетантов, дававшее о себе знать в какой-то период на нашей эстраде, явно пошло на убыль. В большинстве своем конкурсанты обладали поставленными певческими голосами, были профессионально обучены.
Есть положительные сдвиги и в извечно животрепещущей проблеме репертуара. Конечно, на сей раз его ярко выраженная гражданская направленность объяснялась посвящением конкурса великой дате. Но важно, что большинство певцов и ансамблей оказались готовыми к этому, что песни об Октябре, партии, Родине составили основную часть их программ, а не служили (как бывает иной раз) некоей парадной заставкой к ним. Все сказанное радует.
Вместе с тем есть над чем поразмыслить и в критическом плане. Оговорюсь сразу, что эти размышления плод не только конкурсных впечатлений, но и повседневных наблюдений над тем, что и как звучит на концертных эстрадах, в эфире и на телеэкране. Конкурс в известной мере сфокусировал мысли, возникавшие ранее. И высказать их хочется потому, что своевременный трезвый разговор о недостатках — залог будущих успехов.
Итак, конкурс подтвердил, что профессиональный рост пропагандистов песни налицо. Но профессионализм понятие емкое. Голос и певческие навыки лишь материал, из которого надо лепить песенный образ. Всегда ли это удавалось? К сожалению, не всегда. И помехой частенько служило, порой даже неосознанное, подражание образцам, воспринятым с эстрады, грампластинок, телеэкрана, как некий эталон, как нечто непреложное. Всякое подражание враг искусства, даже если образец хорош, а ведь бывает, он слова доброго не стоит, и весь секрет его «магии» заключается в умелой эксплуатации нескольких штампов. Обидно было наблюдать, как иной молодой певец или певица в угоду этим штампам насилует свою природу, свои собственные данные, которые позволили бы спеть песню по-иному, интереснее.
Болезнь подражательства объясняется неумением певцов еще одной причиной внутренне прочувствовать, прожить песню. Поэтому, увы, нечасто удавалось ощутить полную гармонию между внутренним состоянием певца и его певческой интонацией, динамикой звука, внешним поведением. Пример такой гармонии продемонстрировала Надежда Мельнова. Молодая певица покорила силой, искренностью чувств. Про таких певцов обычно говорят, что у них есть «нутро». Мне кажется, что Мельнова — своего рода открытие конкурса.
 |
Еще одна победительница конкурса среди женщин ленинградка Елена Каменская, актриса по профессии, внесла в исполнение Драматичной песни В. Гаврилина «Два брата» разнообразные актерские краски. И это получилось у нее естественно, органично. Превосходно чувствует жанр песни обладатель второй премии москвич Г. Суханов (замечу, что названное качество было свойственно далеко не всем конкурсантам). Его выразительное, осмысленное пение, благородная, скромная манера держаться на сцене, удачно выбранный костюм все, как говорится, работало на песенный образ.
 |
Но, повторяю, такая способность не просто спеть, а прожить песню встречалась нечасто.
А ведь в репертуаре многих исполнителей были произведения драматические и даже трагические по содержанию, связанные с событиями революции, Великой Отечественной войны. Интерпретация таких произведений особо требует подлинности чувств. Я далек от мысли, что иные певцы оставались равнодушными к тому, о чем пели. Но не владея искусством внутреннего переживания, они вынуждены были прибегать к другим средствам: усиленно нагнетать внешний темперамент (отчего порой возникали неоправданно резкие движения), форсировать звук.
Последнее стало просто бедствием. Помнится, в недалеком прошлом мы сетовали на «шептунов», теперь обратная картина- все певцы стараются петь как можно громче. Порой бывало так: и песня написана про самое сокровенное, о чем в жизни никто не станет объявлять во всеуслышание, и певица по складу дарования лиричная, мягкая, а поет все время на полном forte, словно боится, что ее заподозрят в отсутствии голосовых данных. Такое однообразие звуковой динамики делало и песни и певцов похожими друг на друга. А бесконечное tremolo, которым певцы также пытаются компенсировать порой отсутствие настоящего чувства и заодно отсутствие чистой, устойчивой интонации, делает пение опять же однообразным, мешает добиться подлинного контраста в кульминациях.
Невольно еще раз подумалось, какой это трудный орешек для исполнителя- песня (и как ошибаются те, кто с легкостью берутся за это нелегкое дело)! Небольшая по размерам и несложная по форме, она выражает подчас большое и разнообразное содержание: певцу надо поведать о происходящих событиях, обрисовать характеры и взаимоотношения героев, передать смену настроений. Тут нужны фантазия, поиски соответствующих красок, нужна кропотливая работа над словом; как его подать, как образовать цепочку слов, где расставить в ней акценты. И конечно необходимо то самое внутреннее вживание в песенный образ, о котором я уже говорил. Только тогда не будет возникать противоречий между содержанием и интерпретацией. Я привел пример с лирической песней, но еще в большей степени такое противоречие режет слух в песне гражданской.
Читателям журнала не надо объяснять, что такое гражданская лирика в советском песенном творчестве. Она существовала всегда, а в последнее время получила, на мой взгляд, особенно широкое распространение. О любви к Родине, например, сейчас очень часто пишут в ярко выраженной лирической манере. Такая манера требует и соответствующей интерпретации. Ho не слишком ли увлекаются иные исполнители лирической стороной песни, забывая о ее гражданской сути? Нельзя объясняться в любви Родине так же, как своей возлюбленной. Между тем при исполнении подобных песен подчас коробят совсем неуместные тут чувствительные, слащавые интонации, страстные заклинания, словом, задушевность здесь должна быть совсем иного рода, помноженная на высокий художественный вкус и такт.
Все сказанное подводит к одному закономерному вопросу: когда молодой певец разучивает песню, всегда ли рядом с ним есть помощник, руководитель? Оперную партию с артистом готовят концертмейстер, дирижер, режиссер. Ну, а если тот же артист обратится к песне? Кто к нему приходит на помощь в этом случае? И кто занимается с пропагандистами песенного жанра в филармониях и концертных объединениях? Создается впечатление, что зачастую молодежь отправляется в плавание по бурному песенному морю на свой страх и риск.
Я подумал об этом, например, когда слушал ленинградку А. Орлову-Тлисс. У нее есть все данные для того, чтобы стать хорошей эстрадной певицей: и голос, и своеобразное обаяние, и, что особо похвально, стремление прочесть песню по-своему. А вот художественного такта и вкуса ей явно не хватает. Певица все время переступала то заветное «чуть-чуть», которое отделяет подлинное искусство от подделки. И тогда задор оборачивался развязностью (как это было в «Песенке фронтовых шоферов» Б. Мокроусова), а драматизм истерикой. Так случилось в «Рябине» А. Колкера, где певица продемонстрировала прямо-таки гипертрофию чувствования. Ясно, что молодой исполнительнице нужен умелый руководитель, который направил бы ее по верному пути.
* Признаюсь, я был очень удивлен, когда в очередной передаче телеконкурса «С песней по жизни» услышал выступление А. Орловой с теми же песнями, спетыми в той же исполнительской манере. Думается, что номера, уже отвергнутые жюри, в составе которого были многие известные музыканты, не стоило делать объектом широкой пропаганды и выносить на суд зрительского жюри. Такая нескоординированность действий отнюдь не способствует воспитанию вкусов широких слушателей.
Ведь такие качества, как вкус и такт, можно и должно воспитывать. В этом смысле не всегда были безгрешны и некоторые лауреаты. Большей сдержанности, большего контроля над собой хочется пожелать и Г. Минасяну, и Л. Артеменко. Им также очень не помешали бы советы опытных наставников.
Мысль о наставничестве возникала не раз во время выступлений вокально-инструментальных ансамблей. Эта форма музицирования последние годы прочно вошла в нашу концертную жизнь и в музыкальный быт. Среди профессионалов у ВИА есть уже свои корифеи, заслужившие признание и в нашей стране, и за рубежом.
В дни конкурса мы прослушали несколько коллективов. Звуковую палитру некоторых из них очень украсило, придало ей своеобразие умелое, тактичное введение народных инструментов, что позволило интересно исполнить и народные песни. Среди лучших первым заслуженно стал грузинский ансамбль «Иверия» (руководитель А. Басилая). Коллектив очень музыкальный, профессионально крепкий, его участники, кстати, хорошие вокалисты.
 |
В то же время многим ВИА, на мой взгляд, не хватает настоящей профессиональной квалификации. В их составах струнные не всегда органично сочетались с электроинструментами, рояль зачастую выполнял исключительно функцию ударных. К тому же допускались явные излишества: порой на сцену выходил не ансамбль, а небольшой оркестр столько в нем было инструментов (и трубы, и тромбоны!). Это делало сопровождение громоздким, чересчур громким. А тут еще ударные не только во время своих обязательных soli, но и во время пения обрушивали на зал лавину грохота. По части forte не отставали от инструменталистов и певцы. Такая чрезвычайная динамическая краска, как fortissimo, возникала постоянно по любому поводу и без повода. В кульминационные моменты поющие переходили на открытый, белый звук. Пение (если это только можно назвать пением) становилось нарочито некрасивым, неблагородным.
Подобные черты идут от манеры, не нами придуманной, давно культивируемой в буржуазных странах (хотя, кажется, сейчас и там она выходит из моды). Я не хочу сказать, что многие наши ансамбли представляют собой точный слепок с западных. Но заимствование чужих правил дает о себе знать и безусловно мешает нашей молодежи искать свое, двигаться вперед. Кроме того, надо подумать о дальнейшей судьбе ансамблистов-певцов. Многие из них обладают приятными, свежими голосами. А ведь то, что им приходится делать в смысле певческой нагрузки, это работа на износ, с опасностью быстрой потери голоса.
Все сказанное позволяет сделать вывод: ансамблям тоже нужны высококвалифицированные музыкальные руководители, опытные аранжировщики. Хорошо, если бы на помощь коллективам пришли композиторы, которые сейчас находятся несколько в стороне от этого музыкального движения, по существу неуправляемого.
Хочу сказать еще несколько слов об исполнительской манере ансамблей, и вот в связи с чем. В их репертуаре, как и у певцов, много произведений о драматических событиях гражданской и Великой Отечественной войн. Интерес к такой тематике закономерен. Но в трактовке ее подчас преобладают какие-то страдальческие нотки, желание всячески подчеркнуть ужасы войны. В ход пускаются сильные средства: кроваво-красное освещение, грохот ударных, до предела форсированное звучание, вскинутые вверх руки... Получается опять-таки не драматично, а скорее надрывно. Да, война принесла нам много горя. Но ни на минуту не забывая о наших потерях, надо помнить и о том, что в те трудные времена жил в людях неистребимый оптимизм, потому что понимали люди: наше дело правое, мы обязательно победим. Наверно, поэтому великолепно воспринимались тогда и на фронте, и в партизанских отрядах, и в тылу веселые шуточные песни. Мы, композиторы, тоже охотно их писали («Вася-Василёк», например, родился как раз в войну), а певцы охотно пели. Драматизм же был тогда сдержаннее, суровее, что ли. Без криков и стенаний. Я не против экспрессивных красок. Но ими надо уметь пользоваться, проявляя вкус и меру. Ныне же подобные «экспрессивные» номера возникают в программах многих ансамблей, становясь своего рода штампом.
Обращение к героическому прошлому нашей страны преследует воспитательные цели на примере отцов и дедов вырастить сильных, мужественных людей. Мне думается, что отмеченная мною тенденция способна скорее напугать, расслабить, чем мобилизовать молодежь.
Замечу еще, что в исполнение песен ансамблисты очень часто вносят элементы театрализации: во время пения они много двигаются, образуют мизансцены. А раз так, то нужен режиссер, способный придать всем этим передвижениям, позам больший смысл (подчас попытки театрализации носят откровенно дилетантский характер), помочь более продуманно составить программу (она бывает иной раз либо разношерстной, либо напротив утомительно однотонной). Надо позаботиться и о том, чтобы костюмы соответствовали репертуару. Нельзя петь о расстрелах и пытках, нарядившись пестро и вычурно, сделав пышные прически.
Словом, пришедшая на профессиональную эстраду из недр самодеятельности, со дворов и улиц новая форма музицирования требует самого пристального внимания, умелого, чуткого руководства, в частности, повторяю, и со стороны композиторской. Ведь в тех просчетах, о которых я говорил, в известной мере повинны и мы, поскольку то, как поют, неразрывно связано с тем, что поют.
В этом смысле конкурс тоже дал пищу для размышлений. Сначала о вещах радующих. Конкурс подтвердил композиторскую активность B области гражданской тематики. Большинство прослушанных нами песен значительно по содержанию и с профессиональной точки зрения написано добротно: они удобны для пения, отличаются широким диапазоном, что позволяет исполнителям полнее выявить свои голосовые данные. Уверен - эти песни будут петь.
Сказанное относится не только к произведениям, чьи достоинства были отмечены премиями. И я бы не взялся здесь перечислять всё заслуживающее внимания. Важно, что появились в песне новые, во всяком случае, для нас, москвичей, имена. Назову несколько примеров.
Мне очень понравилась песня молодого украинского композитора И. Карабица на слова И. Бараха «Партийный билет» - мужественная, динамичная, складная по форме. А в песне «Мой Казахстан» К. Кумисбекова (слова Ш. Мухамеджанова) мелодия развивается неторопливо, даже величаво, как в повествованиях акынов. Ее национальная почвенность, благородство очень привлекают. Запомнился «Апрель» А. Руднянского на слова Л. Бережных, где образ весеннего цветения земли связан с образом Ленина. Авторы тактично воплотили эту тему в лирическом ключе. Перечень достойных работ, повторяю, можно продолжить.
Тем не менее проблем у нашего песенного цеха еще немало. Одну из них, касающуюся отражения военной тематики, я уже затрагивал: надрывные, страдальческие эмоции присутствуют порой в избытке и в самих песнях о войне (а где же мужество, радость победы?!). Свои требования предъявляет нам сегодняшний день, рождающий своих героев. Как о них писать? Единых рецептов не существует. Каждая удача удачна по-своему. И секрет ее подчас бывает очень трудно разгадать. Гораздо легче обнаружить то, что мешает создать убедительный образ. Одной из наиболее распространенных помех я бы назвал декларативность: вместо героя, наделенного живыми человеческими чертами, нам предлагают декларацию о нем. С другой стороны, не могу согласиться с тенденцией чересчур уж приземлить его, обытовить, что ли (дескать, он свой парень, один из нас), особенно, если речь идет о герое в полном смысле слова. Думаю, что жизненность, достоверность образа отнюдь не должны лишать его поэтического ореола, возвышенных, благородных черт.
И уж совсем неладно, когда к решению серьезной гражданской темы композитор подходит попросту безответственно. В этом приходится упрекнуть, например, А. Мажукова - автора песни «Вечный огонь», где речь идет о клятве молодых людей на верность друг другу перед могилой Неизвестного солдата. Момент, требующий большой душевной собранности (если это делается, конечно, всерьез, а не ради моды). Что же нам предлагают? Звучит томная, расслабленная мелодия.
Другая песня А. Мажукова на слова В. Харитонова «Вспоминайте, люди...» тоже связана с войной, задумана как своего рода завещание тех, кто погиб, ныне живущим. Замысел опять серьезный. Но решен весьма не серьезно. Можно ли разговор о подвиге («Это мы за Родину жизни отдавали») вести залихватским тоном? А ведь мотив у песни такой, что порой хоть дроби отбивай. Я сам против того, чтобы военная тематика была окрашена в односторонне, мрачные тона. Но нельзя же впадать в другую крайность. Кстати, тут и качество поэтического текста не на высоте. Чего стоит призыв: «быть людьми до грани» (?!) В данном случае, мне кажется, авторы явно перешли грань хорошего вкуса.
Я уже говорил о том, что исполнять песни трудно, сочинять их тоже занятие нелегкое. Поэтому, видимо, и в нашей повседневной жизни, и на конкурсах песни открытия появляются крайне редко. Обновление песенного языка - процесс очень сложный и очень постепенный. Революции здесь, на мой взгляд, не может быть. Делались, например, попытки разрушить ладовую основу песни, но они оказались бесплодными. Уничтожить эту основу значит уничтожить песню. Ведутся поиски в области формы, ее стараются сделать более развернутой, внести в нее элемент импровизации. Но порой в результате таких поисков возникают просто расплывчатость, бесформенность, не украшающие песню.
На мой взгляд, обновление в нашем жанре должно идти путем внимательного вслушивания в жизнь неиссякаемый источник творческой новизны. И эту задачу надо решать и нам, творцам песни, и нашим друзьям, ее пропагандистам. Ведь время наше песенное.
От редакции.
Публикуя статью А. Новикова, редакция вновь обращается к одной из «сквозных» тем своей деятельности на протяжении нескольких десятилетий. Побудило нас к этому и то обстоятельство, что читательская почта в последнее время принесла ряд писем, в которых содержатся справедливые пожелания вернуться к данной теме. Выполняя эти пожелания, мы предлагаем вниманию читателей также заметки Л. Гениной. Оба материала редакция предполагает вынести на обсуждение представителей заинтересованных творческих и пропагандирующих оргaнизаций.