Илья Бенсман

Вокально-Инструментальная Эра (1960-1988)
www.via-era.narod.ru

Георгий Симонян.

Илья Бенсман:
эпоха ВИА ушла и ушла давно, но...

февраль 2013
2

Слухи о нас распространялись по всему Советскому Союзу и, наконец, дошли до нашей филармонии. Меня вызвали к руководству и предложили сделать программу и перейти под крыло филармонии.
Посоветовались с ребятами и решили принять предложение. Хорошую аппаратуру к тому времени я уже приобрел…

-Где приобрели?

У наших югославских друзей (смеется). За несколько приездов в Запорожье один югослав привез мне весь комплект: вокальную, и «Фендер» для гитары, и «Маршалл» для бас-гитары.

-При переходе в филармонию репертуар изменился?

До этого мы пели только «фирму»- «Чикаго», «Битлз», ранний «Дип Перпл». После перехода пришлось разучить несколько эстрадных песен, также включили в репертуар несколько песен «Норока».
Программу у нас приняли, но поскольку еще не было рекламы, афиш, то нас отправили в длительный тур по Запорожской области. Всю область объездили. И если куда-то приезжали по второму разу, то все равно был аншлаг.

-Как назвали ансмбль?

«Голоса дружбы». Мы сами придумали. Был такой английский ансамбль «Середина дороги». И на одну из песен их репертуара, наш запорожский парень написал русский текст, в котором были слова «…голосами дружбы наполнен весь мир». Отсюда мы взяли название. И действительно у нас был интернациональный состав: татарин, два молдованина, украинец, еврей….
Братья Казаку посоветовали мне взять звукорежиссера Васю Пруса, который с ними работал еще в «Нороке». Это единственный звукорежиссер на моей памяти, которому ничего не надо было подсказывать. Он прекрасно владел этой профессией и был истинным профессионалом своего дела.
Расскажу одну историю о том, какими мы были в представлении других музыкантов. Это было в Бердянске. Параллельно с нами в этом городе выступал ансамбль «Советская песня». Солистом у них был Евгений Мартынов, а музыкальным руководителем и аранжировщиком Владимир Василевский. Мы сходили на их концерт, а они на наш. И вот сидим вечером втроем – я, Женя Мартынов и Володя Василевский. И Володя, джазмен по своей природе, говорит, что он никогда не любил эту музыку, всегда любил джаз. Но то, что он сегодня услышал в нашем исполнении – это было потрясающе!
Гюли Чохели.
И когда мы вернулись, то я получаю телеграмму о том, что нам надо прибыть в Москву для работы в Росконцерте в качестве аккомпанирующего состава певицы Гюли Чохели. Мы подумали и решили ехать. Нас встретил муж и директор Гюли, бывший саксофонист Герман Бурхардт и поселил на в гостиницу ЦДСА.
Надо сказать, что тогда во время репетиционного периода платили среднюю зарплату. Репетировали мы где-то в районе «Текстильщиков». Через некоторое время нас перекинули репетировать в ЦДСА. Но в «Текстильщиках» мы забыли что-то из аппаратуры и афиши, и пришлось туда ехать забирать. А там уже разместился оркестр Утесова.
Входим, сидит в берете Леонид Осипович перед оркестром. Разрешает нам пройти, забрать свои вещи и рассказывает своим музыкантам анекдот:
- Мама Карла Маркса говорит сыну:
-Вот ты написал «Капитал, но лучше бы ты его приобрел.
Таким образом он создавал непринужденную обстановку перед репетицией, снимал напряжение. Вот такой автограф Мастера…

-С Чохели сработались нормально?

Конечно. Мы могли играть в любых стилях, а Гюли тогда уже слушала много современной музыки, джаза. И в концерте пару джазовых композиций исполняла. Для нас писал ее бывший муж Борис Рычков. Мы также брали песни Антонова и делали такие аранжировки, что не всегда публика понимала, что это песни Антонова.
Кстати, репетиционный период закончился на пару недель раньше и мы поехали по Дворцам Спорта работать отделением. И однажды во время работы во Дворце Спорта в Казани к нам подошли один американец и его переводчица. Как оказалось, он классический дирижер и приехал работать с Казанским симфоническим оркестром. Ему так понравилось наше выступление, он сказал, что мы играем на уровне американских групп и пообещал устроить нам гастроли в Америке. Мы только посмеялись….

-Как строился концерт?

Мы с Гюли работали вперемешку. Начинали мы, потом пару-тройку песен пели Чохели под наш аккомпанемент, потом наш блок, потом – опять Гюли.
Когда мы стали работать стадионы, то с нами в программе работал ВИА "Добры молодцы". Очень часто после концертов мы собирались в номере у Антипина (Пашеки) и прекрасно проводили время. А утром клавишник "Добрых молодцев" Анатолий Киселев всех заставлял сидеть в позе лотоса. Он был приверженцем учения йоги, за что и получил кличку "Учитель".
Еще запомнился их солист Пономарев, который возил с собой вязальную машину. И все время придумывал и вязал какие-то дополнения к их костюмам: то воротнички, то жилетки. Даже нам что-то перепадало. Также запомнилось, что их было очень много, человек двадцать, и все время появлялись новые люди. В отличии от нас пятерых.
И еще был момент. Руководителем программы был всем известный Борис Брунов. Сама программа была построена так, что мы выступали где-то в середине, а завершали всё "Добры молодцы". Но в какой-то момент зрители стали уходить с середины концерта. К концу представления могло остаться и ползала. Это увидел Брунов. Он собрал всех руководителей участников программы и объявил решение о перестановках в программе. Нас он поставил завершать концерт. И после этого зрители всегда сидели до самого конца.
Вспоминается еще одна история.
Январь-февраль, мы приезжаем в Брянск. После концерта я всегда забирал к себе в номер итальянское электропиано на котором играл. Стук в дверь. Открываю. Входят двое мужиков, один немного хромает. Культурно просят посмотреть на пиано. Потом тот, который хромает просит разрешения отвинтить четыре винтика с верхней панели. У меня было хорошее настроение и я разрешил. Они открутили и стали долго рисовать. Потом поставили обратно крышку.
А через некоторое время в магазинах музыкальных инструментов появился инструмент PianoString Брянской фабрики. Который хромал, это был Саша Кальянов. Кроме этого инструмента, Саша придумал еще микшерские пульты…
Когда мы встретились с Кальяновым лет тридцать спустя, то Саша меня вспомнил…..

-Вернемся в 70-е?

Мы продолжали работать и тут Петя Макиенко объявляет, что уезжает работать в ансамбль «Добры молодцы». Очень он нас тогда подвел. Он же играл на бас-гитаре и пел, замены не было. Но я выкрутился. Нашел басиста в Запорожье, Володю Дмитренко. Он день и ночь репетировал и выучил нашу программу. Короче говоря, работа продолжилась.
И тут случилось следующее. Гюли Чохели подходит к Виталию Валитову и говорит:
- Виталик, что-то ты занудно играешь.
А он ей в ответ:
- А Вы занудно поете…
И Гюли подумала, что негатив идет от меня, что это я настраиваю музыкантов против нее. Хотя, я всегда говорил ребятам, что нельзя спорить и конфликтовать с солисткой. И с этого все началось. Покатило как снежный ком.
И в итоге из-за этой ерунды мы расстались с Чохели. Я пошел к руководству Росконцерта, а там мне заявили, что или миритесь с Чохели или- до свиданья. Мы выбрали второй вариант.
Я и Саша Казаку нашли Василь Василича Кондакова и рассказали о наших проблемах, и он нас быстренько свел с Аидой Ведищевой.
В этот момент Аида записывала диск на «Мелодии». Записывала она с оркестром Госкино. По ее мнению, там была довольно архаичная ритм-группа, и она попросила нас записать с ней несколько песен.

-Записываться пришлось в несколько ином стиле, нежели в котором работали?

Вы знаете, когда заходишь в студию, то свой стиль надо засунуть глубоко в карман. Вот тебе ноты и, пожалуйста, играй.

-Вы записывались во всех песнях этого альбома Ведищевой?

Насколько я помню, да. То есть, ударные, гитара, бас-гитара, клавишные, бэки. Остальное играли музыканты оркестра Госкино. Но одну песню Анатолия Днепрова «Мое счастье море унесло» записали только мы.
Диск Аиды Ведищевой (33С60-05165-66) в записи которого принимал участие ВИА "Голоса дружбы".
В некоторых песнях бэки писали братья Казаку и очень заметен их акцент. Но они не могли петь по-другому. Весь инструментал мы записали за восемь часов, за две смены по четыре часа. А бэки ребята прописывали еще какое-то время.
Дня три мы работали на «Мелодии» и в один из дней, выйдя покурить в фойе, мы увидели Владимира Высоцкого с Мариной Влади. Он тоже записывался на «Мелодии». И представляете такую картину – вахтер не узнал Высоцкого и не пропускал его, пока тот не предъявил паспорт, и вахтер не нашел фамилию Высоцкого в списках. Я на секунду представил такую ситуацию, если бы на месте Высоцкого был, например, Киркоров. Что бы было?!
Это было лето 1974 года.Кстати, тогда у нас появился новый солист – Вики Штремпиэл. Венгр по происхождению. Настоящее его имя – Виктор, он родом из Ужгорода. Но сценический псевдоним – Вики - очень хорошо звучал. Очень интересный вокалист с настоящим «американским» голосом. Чем-то напоминал певца David Clayton-Thomas из раннего «Blood, Sweat&Tears».

-Как он появился?

Он был приятелем Саши Казаку. Потом Штремпиэл работал в «Верных друзьях», но,к сожаленью, по большому счету карьера Вики не сложилась…
После записи мы поехали с Ведищевой на гастроли в Среднюю Азию, потом в Тулу. Одно отделение работали мы, во втором мы ассистировали Ведищевой.
И вот в Туле ко мне подходят братья Казаку и просят их отпустить. Они просто устали. Все было цивильно, культурно. Я заказал столик в ресторане, мы посидели с ребятами, поблагодарили их за хорошую работу, и расстались. Они уехали в Молдавию, а я с остатками коллектива – в Запорожье.
Надо сказать, что с Сашей Казаку мы до сих пор дружим. Созваниваемся, изредка встречаемся. Он сейчас живет в Кишиневе и периодически в Бухаресте, занимается карьерой своего сына, талантливого музыканта.
А Толя Казаку погиб во время смуты в Молдавии в начале 90-х. Он шел по улице и на него налетела целая шайка отморозков. Забили палками….
В общем, вернулись мы домой, немного отдохнуть и думать, как жить дальше.
Вышел на меня один влиятельный товарищ по имени Анатолий. Предложил работу в ресторанах города. Я выбрал один из лучших – «Россию». Там играл оркестр из пожилых музыкантов и сегодня, конечно бы, я так не поступил, но тогда… Да и в городе пошло брожение – как это так? Только приехали – и сразу лучший ресторан. Даже побить меня хотели. Но потом все успокоилось. Я нашел гитариста, взял певца и певицу и мы стали делать программу. То есть на нас продавали билеты и плюс то, что в ресторане обычно подбрасывают. Мы стали прилично зарабатывать.
Программу мы сделали такую, что молва пошла по всей стране. На нас приезжали посмотреть почти все гастролеры, в том числе и иностранные. Приехала на нас посмотреть и Гюли Чохели с новым коллективом. Мы забыли прошлые обиды и помирились.
И в этот момент вернулся в Запорожье и стал проситься назад Петя Макиенко. Гюли, увидев это, сказала:
- Не бери его! Он -предатель!
Но я дал слабину и взял назад Петю. Так как бас-гитарист у нас был, Петя согласился только петь. Работали мы, работали, но чувствовалось, что мои музыканты заскучали. Все-таки, сидим на одном месте, никакого движения.
Однажды вечером я прихожу в ресторан, а за ударными сидит незнакомый парень. Я говорю:
- А где Виталий?
- Он уехал в Москву, в «Веселые ребята».
Короче говоря, мне это тоже надоело. Я забрал аппаратуру и распустил коллектив. К тому же я тогда женился, и мы поехали в свадебное путешествие.

Одна из песен в исполнении ВИА "Голоса дружбы"- "Не гадайте девочки зазря" (Р. Майров- О. Гаджикасимов). В записи принимали участие:
Илья Бенсман -орган
Александр Казаку - гитара, вокал
Анатолий Казаку - акустик гитара, вокал
Пётр Макиенко - бас-гитара, вокал
Виталий Валитов- ударные
Продолжение