Спасибо, письмо получил.

Уважаемый АСП! Прочтите моё письмо, отправленное Вам сегодня.

КАПу:

Интерес, безусловно, есть. Высылайте мне прямо на E-mail: petrenko-as@mail.ru

Для АСП.
Поискал в инете информацию о фильме, вот ссылка http://fenixclub.com/index.php?s=22dbafcf9802807003257dadbd7e1873&showtopic=98879

Для АСП.
Этот фильм я записал пару лет назад на DVD recorder c ТВ (телеканал ТРО http://www.soyuzinfo.ru/ru/mediastructure/tro/programms/). Периодически этот фильм повторяли. Фильм состоит из двух частей ~ по 50 мин. каждая. Первая часть у меня записана не сначала (отсутствует ~ 2 минуты). Воспоминания музыкантов из фильма я списал прямо с видео, в напечатанном виде текст фильма мне не встречался.
Тексты Владимира Антипина на мой взгляд полностью соответствуют Вашим воспоминаниям. В кадре Антипин и Левенштейн никогда вместе не пересекаются. Я уже говорил, что фильм представляет собой мешанину коротких интервью с известными музыкантами. Последовательность этих воспоминаний в фильме только на совести режиссера. Во время рассказа о рождении «Авангарда» явно видно, что Левенштейн говорит о событиях 1970 года, а Антипин – о событиях 1965 года, но хронология этих воспоминаний не соблюдается. Создается ложное ощущение, что Левенштейн выступает в роли учителя. Я эту последовательность не менял и старался напечатать текст достаточно близко к оригиналу.
В фильме есть еще один кусок воспоминаний Левенштейна и Антипина. Если есть интерес, я постараюсь расшифровать.

Сану (Киев):

Сначала шлю Вам привет в Киев – не чужой город для меня. Там работал мой брат Игорь, там жила семья моего дяди, и живут его потомки, да и я там бывал неоднократно.
Сева пришёл к нам после ухода моего брата осенью 1970 года, после чего мы берём брасс группу три человека, в том числе и Севу. Я не мог и не хотел заниматься административными обязанностями: ведение графика концертов, во время отсутствия администратора… А он часто оставлял коллектив и выезжал вперёд по маршруту, готовить концерты, афишу, жильё, транспорт и т.п. В какое-то время даже взяли второго администратора – Григорий Яковлевич не справлялся в нашем темпе и режиме работы)… оформление концертных документов, ведение отчётности по билетам и денежным сборам, транспорт, и прочее… Никаких эстрадных интриг (по словам Севы) не было, и не могло быть, некогда – была суровая нелёгкая работа, но наша молодость и творческий задор выдерживали всё.
В «западных джунглях» Сева не собирался ломаться, готовился он к отъезду очень внимательно и серьёзно – собирал огромное количество разных материалов (фотографии, тексты, афиши, пластинки, вырезки из газет и т.д), что могло ему пригодиться в «дальнем плавании». Ведь он учился, если помните, в ЛВИМУ на судоводительском факультете, хоть и не закончил. А провожали мы его из Ленинграда в… Израиль, куда он не «доплыл» - курс был другим! Жалости к нему никто не испытывал – он ни в чём дома не нуждался и не страдал. А вот то, что: - «он так и остался хитрым питерским пацаном еврейской закваски, который любит бабло, любит зарисоваться и любит обращать внимание на себя при всяком удобном случае», это абсолютно верно сказано, спасибо за точную характеристику!

Про своего брата Игоря Петренко, который ушёл от нас в мир иной в феврале 2005 года, надо написать отдельно, что я сделаю в ближайшее время. Спасибо за этот вопрос.

КАПу:

Сначала мой вопрос к Вам – эти тексты из фильма списаны Вами прямо с видео, или напечатаны где-то отдельными выдержками либо полным текстом фильма? Очень хотелось бы познакомиться с самим видео, если существует такая возможность. О Севиных россказнях я не стану рассуждать. А вот тексты Володи Антипина, с которым я близок до сих пор, и не далее, как пару часов назад говорил с по телефону, вызывают моё недоумение. Сначала подожду Вашего ответа, а затем продолжу на эту тему.

Приветствую всех участников дебатов. Видно, что многое из сказанного всколыхнуло Ваши чувства, поэтому тоже хочу поучаствовать.

Спайку:

Вы очень точно определяете разницу между эмигрантами, и их отношением к Родине. Безусловно, у каждого они разные. У меня много друзей и знакомых живет за кордоном: Польша, Германия, Бельгия, Франция, Англия, Израиль, Америка, Канада, Перу, Япония… Но возьмем из ближнего круга – из ВИА «Добры молодцы».
Наш барабанщик Женя Маймистов давно живёт в США в Нью-Йорке, а Борис Ажимов в Израиле и России. Женя приезжал прошлым летом в Питер, и встречался со многими своими старинными друзьями и знакомыми, но добивался он своего приезда на родину долгие годы – не давали выезда. Сева тут же выдумал бы какую-нибудь жуткую историю, а дело было просто в ошибке при оформлении документов во время въезда в США. Он был счастлив увидеть и обнять друзей своих, и со слезами уезжал обратно в Америку, где друзей, по сути, у него нет. Другой наш приятель с детских лет, живший в соседнем доме в Автово, женился на американке и уехал в Штаты лет 35 назад, живёт в Бостоне. Периодически приезжал в Питер навещать родителей, к нему в американские гости ездил и наш Володя Антипин. А недавно Сергей сказал Володе, что хочет вернуться сюда домой, и старость провести здесь – это о многом говорит нам, русским людям. Да и кто бы был Сева (даже со всеми своими «текстами») не будь нас здесь в России, где мы по традиции слушаем дядю из-за бугра широко развесив уши, а он на них сами знаете, что нам вешает!

И еще несколько вопросов к Александру Сергеевичу.
Хотелось, что бы Вы рассказали о своем брате, Игоре.
Известно, что он был талантливым человеком музыкального плана. Автором многочисленных композиций, руководителем различных эстрадных ансамблей. Каким он был человеком по жизни, влиял ли на Вас, почему Вы так мало работали вместе?
Какие из его произведений Вы считаете значительными и почему его творчество все-таки осталось в прошлом?
И, если это незатруднительно, Ваши воспоминания о Ванштейне и Бадхене. Воспоминания о совместной работе.
С уважением, Сан.

Маленькая ремарка по поводу Севиного отъезда.
Давайте не будем столь категоричны. Многим казалось в то время, что Запад автоматически делает людей богатыми и счастливыми. А еще надо учитывать Севину личность.
Согласитесь, при всех его недостатках - он неординарный человек. У него своеобразное отношение к жизни, к ее ценностям. Которое помогло ему не сломаться попав в так называемые "западные джунгли".
В свои шестьдесят с большим хвостиком он так и остался хитрым питерским пацаном еврейской закваски, который любит бабло, любит зарисоваться и любит обращать внимание на себя при всяком удобном случае.
И за это я его уважаю.

Несколько запоздал с прочтением выложеного материала.
Но также хочу сказать, что воспоминания читаются с огромным интересом. Конец 60-х, т.е. период становления многих эстрадных артистов и ансамблей вообще недостаточно освещен. Я все-таки не могу понять, почему именно Левенштейну было предложено стать руководителем. На музыкальное творчество он влияния не оказывал, оставаясь рядовым музыкантом. Т.е. своей творческой струи он не внес. Александр Сергеевич пишет, что никто не хотел обременять себя дополнительными обязанностями. Но ведь был администратор. За музыкальную часть отвечал Игорь Петренко. Аранжировки делал сам АСП. По логике Игорь Петренко или сам Александр Сергеевич и должны были брать на себя роль худрука. Я не думаю, что связи Севы имели такое уж важное значение. Здесь есть какой-то парадокс. Какие эмтрадные интриги Сева имеет ввиду?
Интриги начались намного позже (примерно после 75-го), когда наловчились зашибать приличные бабки и многие артисты ломанулись в этом направлении. Но здесь уже многое зависело от ловкости администратора.

Вот еще разговоры из того же фильма.
Ведущий: В Читу питерский ВИА «Добры молодцы» бывший «Авангард-66» попал случайно.
В.Антипин: Мы репетировали, репетировали до тех пор, пока там не появился директор по имени Григорий Гельбо – известный в ту пору концертный администратор. Он нас и сманил на Дальний восток, Сахалин. В общем, мы уехали и полгода работали там от читинской филармонии. Вот тогда то и началась работа над новой программой.
В.Левенштейн: А спустя еще примерно год они вернулись с какими-то серьезными деньгами и сказали: «Переходи к нам. Мы хотим тебя в руководители». Не потому, что я что-то знал о бит-музыке и мог им что-то посоветовать, но им был нужен человек, который провел бы их через подводные камни эстрадных интриг.
Ведущий: Став руководителем «Добрых молодцев» Всеволод Левенштейн преобразился в Севу Новгородцева.
В.Левенштейн: Я приехал в Астрахань в сентябре 1970 года руководить «Добрыми молодцами» как Всеволод Левенштейн, каким я и был от рождения и в саксофонных кругах был более-менее известен. Приехал я, и на первом же концерте объявляют: Антипин, Маймистов, Антонов, Морозов… и руководитель Всеволод Левенштейн. Это получилось как в книге «Золотой теленок» у Ильфа и Петрова, там были музыкальные эксцентрики Палкин, Малкин, Чалкин, Галкин и ЗалкинД. Вот я оказался этим Залкиндом. И я просто физически почувствовал, как по залу прокатился некий шорох. И я понял, что есть пределы расовой терпимости русского народа. Что они могут терпеть некого Левенштейна как саксофониста, а как руководителя «Добрых молодцев», конечно, этому быть невозможно.
В.Антипин: Первая песня, которой открывался концерт, была «Вечерний звон». Причем она была на четыре голоса, в общем, достаточно здорово. Занимался с нами Валентин Акульшин – это очень известный ленинградский хормейстер и Борис Гершт – режиссер телевидения. Таким образом, появилась первая программа «Добры молодцы». И по названию программы как бы и ансамбль назывался. Причем нам это очень не нравилось. Мы хотели называться «Славяне», нас было семь человек - совпадало по количеству букв. Но Борис Гершт придумал название «Добры молодцы». Как оказалось, название - не самое плохое.

В.Антипин: Все первое отделение были русские песни. Причем многие из них были не просто музыкальные номера, а - такие как бы игровые. Например, была такая песня «Лапти», там по содержанию парень Андреяшка, да Парашка разыгрывали сценку. «Метелки» - там тоже с элементами такого шоу.

Ведущий: Новый руководитель Левенштейн воспользовался своими связями в Росконцерте, и вскоре ВИА «Добры молодцы» на зависть Ленконцерту и Москонцерту стал закалачивать деньги для родного государства.
В.Левенштейн: В те годы всем нужна была так называемая мартышка, т.е. концертный акт, на который бы валил народ. И поскольку «Поющие гитары» были в Ленинграде, они уже были известны и раскручены, но это был, так сказать, советский эстрадный вариант. В Белоруссии были «Песняры», а русские «Добры молодцы» Росконцерту были, ну, в самый раз. И они знали, что это будет коллектив кассовый, что на него пойдут, потому что разрешенных «гитар» было очень мало. И таким образом началась борьба двух панов, а у нас - у холопов сильно трещали чубы, и вот все мои седые волосы – это с того самого периода.
В.Антипин: Мы предложили себя в Ленконцерт. Нас послушали, послушали, послушали… Была такая песня из военно-патриотического блока про то, что люди лежат в поле с синими щеками, их всех поубивало, и там были такие слова «Растет трава на поле, одна трава – не боле». Худсовет вышел, и один из ведущих людей ленконцертовского худсовета в ту пору сказал: «Одна трава – не боле». И нас завернули.

Прошу прощения, АСП, это я ниже продолжил разговор о Севе, забыл указать своё имя.

Да, конечно, эмигрант эмигранту рознь. Вспомните эмигрантов "первой волны" - они до самого конца готовы были за Родину жизнь отдать. Даже их дети, которые Россию никогда не видели, в массе готовы были "ползком" в Россию вернуться. Они не олицетворяли Родину с советским режимом...

Какие правильные мысли Вы высказываете. Это Севино пренебрежение я увидел ещё при первом знакомстве в оркестре почтенного Иосифа Владимировича. Состав полного биг-бэнда довольно велик: 4 трубы, 4 тромбона, 5 саксофонов, ритм секция, наш ансамбль, вокалисты – народу тьма. И все разные, у каждого свой характер и своя жизнь. Но Иосиф Владимирович Вайнштейн (светлая ему память) умело этим управлял, и никогда не унижал не только музыкантов, но и страну (Родину) свою, даже впоследствии, когда уехал в Канаду к своей дочери. А Сева выкидывал всяческие скоморошьи коленца в перерывах – выскакивал на авансцену, и, ёрничая, издевательски изображал некоторых музыкантов, которых до этого незлобно пожурил Вайнштейн за какие-то промахи. Характерец с душком был уже тогда. Ведь он, приехав позже в Россию, никого из нас не искал и не стремился к встрече, хотя мог это легко сделать – ему это было не нужно, он занимался (и занимается) только собой. Подобная черта говорит о многом, и всякий сделает свои выводы.